Интимные тайны дона Педро

Набросок из черновиков моего романа/ориджинала «Черная орхидея»: https://ficbook.net/readfic/8812265/23831943#part_content
Не отредактировано. Написано в то же время, что и Интермедия # 1.

***

— Этот мальчик… — Арана помедлил, но взгляда не отвел. — Он твой любовник?
— Нет, — дон Педро усмехнулся, — он любовник моей жены. Надеюсь, что бывший.
— Даже так.
— Именно. Но я бы просил тебя не причинять ему вреда.
— Ты — и просьба? Это что-то новое. Я окажу тебе подобное одолжение в обмен на ответную услугу. Думаю, это устроит нас обоих.
— Вполне. Какого рода благодарности ты от меня ожидаешь?
— Проведи со мной эту ночь.
Говоря это, Арана всё ещё не улыбался.

Глаза герцога немного расширились, затем он издал короткий приглушённый смешок. Арана не мог знать, что Медина-Сидония не так давно вспоминал о нем — ведь именно подполковник Арана был тем, кто пятнадцать лет назад ловко покорял окно молодого Педро, известного любовнику под именем Фернана Бараоны де Сото, севильского идальго. За прошедшие годы Медина-Сидония ни разу не позволил никому того, чего пожелал от него Арана в обмен на благополучие Мортемара. Какая ирония. Впору было подумать, что высшие силы мстят за поруганную честь француза. Впрочем, положа руку на сердце, требование Антонио не вызвало у дона Педро внутреннего протеста. Однако он порядком отвык вызывать вожделение подобного толка.

— Если таково твое желание…
— Каково мое желание, ты узнаешь позже, а сейчас, Фернан, вернёмся к моим людям и твоему французу.
— Как тебе будет угодно.

Испытывая лёгкую досаду, Медина-Сидония подумал, что прежде Арана вел себя иначе. Но прежде он не был тем, кем являлся нынче. Да и дон Педро не был. Жизнь изменила их; казалось странным, что влечение друг к другу осталось. Хотя оно могло быть не тенью прошлого, но живым пламенем. Дону Педро уже очень давно никто не перечил, не говоря о том, чтобы отдавать приказы. Даже король избегал тона, который, ничтоже сумняшеся, избрал главарь разбойников. И ему хотелось отомстить. Хотелось разбередить в его душе то полузабытое, что, вероятно, не умерло вполне, понуждая Арану озвучить свое предложение. Хотя, возможно, это он мстил дону Педро — Фернану, сбежавшему однажды и оставившему влюбленного офицера без намека на надежду. Зрелость шла Аране неимоверно — и он беззастенчиво пользовался этим. Ночь обещала быть бурной. Медина-Сидония предвкушал, злился и смеялся — все вместе.